ГУСАРСКАЯ ПЕСНЯ

По рисунку Палешанина

Кто-то выткал на ковре

Александра Полежаева

В черной бурке на коне.

Тезка мой и зависть тайная,

Сердце горем горячи!

Зависть тайная, «летальная» –

Как сказали бы врачи.

Славно, братцы, славно, братцы, славно братцы – егеря!

Славно, братцы-егеря, рать любимая царя!

Ах кивера да ментики, ах соколы-орлы,

Кому вы в сердце метили, ле-пажевы стволы?

Не мне ль вы в сердце метили, ле-пажевы стволы!

А беда явилась за полночь,

Но не пулею в висок,

Просто в путь, в ночную заволочь,

Важно тронулся возок.

И не спеть, не выпить водочки,

Не держать в руке бокал!

Едут трое, сам в середочке,

Два жандарма по бокам.

Славно, братцы, славно, братцы, славно, братцы – егеря!

Славно, братцы-егеря, рать любимая царя!

Ах, кивера да ментики, пора бы выйти в знать,

Но этой арифметики поэтам не узнать,

Ни прошлым и не будущим поэтам не узнать.

Где ж друзья твои, ровесники?

Некому тебя спасать!

Началось все дело с песенки.

А потом – пошла писать!

И по мукам, как по лезвию…

Размышляй теперь о том,

То ли броситься в поэзию,

То ли сразу – в желтый дом…

Славно, братцы, славно, братцы, славно, братцы-егеря!

Славно, братцы-егеря, рать любимая царя!

Ах, кивера да ментики, возвышенная речь!

А все-таки наветики страшнее, чем картечь

Доносы и наветики страшнее, чем картечь!

По рисунку Палешанина

Кто-то выткал на ковре

Александра Полежаева

В черной бурке на коне.

Но оставь, художник, вымысел,

Нас в герои не крои,

Нам не знамя жребий вывесил,

Носовой платок в крови…

Славно, братцы, славно, братцы, славно, братцы-егеря!

Славно, братцы-егеря, рать любимая царя!

Ах, кивера да ментики, нерукотворный стяг!

И дело тут не в метрике, столетие – пустяк!

Столетие, столетие, столетие – пустяк…